Карта сайта

Принципы внешней политики РФ

31 августа 2008 года,

Сочи

Интервью Дмитрия Медведева телеканалам «Россия», Первому, НТВ

А.ВЕРНИЦКИЙ (Первый канал): Дмитрий Анатольевич, ситуация вокруг Южной Осетии и Абхазии развивалась долгих 17 лет. Почему решение о признании независимости этих территорий было принято тогда, когда Грузия напала на Цхинвал? Были ли другие варианты событий?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я считаю, что принятие такого решения в сложившейся ситуации было неизбежно, а его эффективность сегодня всем очевидна. Мы действительно 17 лет пытались склеить, по сути, распавшееся государство, всячески стимулировали процесс урегулирования. Наши миротворцы денно и нощно несли свою службу, помогали разъединять конфликтующие стороны. Мы в 90-е годы предотвратили очень крупное кровопролитие. Наверное, какие-то шансы урегулирования сохранялись до последнего времени, если бы не идиотская авантюра, которая была предпринята грузинским руководством. Она, по сути, поставила крест на совместной жизни абхазов, осетин и грузин. И не только поставила крест – она принесла большое количество смертей. Погибли мирные люди, в том числе наши граждане, погибли миротворцы, которые стояли для того, чтобы разъединять конфликтующие стороны. Особенно чудовищно выглядит то, что грузинские миротворцы стреляли в своих коллег. В конечном счёте всё это спровоцировало развитие событий по самому сложному сценарию. Ничего другого не оставалось, кроме того чтобы ответить на эту хамскую, абсолютно наглую выходку, привести всё в нормальное положение, обеспечить жизнь и достоинство тех граждан, которые живут в Южной Осетии. А по Абхазии, вы знаете, готовился отдельный план нападения, который был недавно продемонстрирован нашим Генеральным штабом. Там был точно такой же сценарий. Поэтому, для того чтобы предотвратить последующий геноцид населения, уход абхазов и осетин с их территорий, нами были приняты эти решения. Ещё раз повторяю: жизнь доказала их абсолютную очевидность и необходимость.

К.ПОЗДНЯКОВ (НТВ): Дмитрий Анатольевич, реакция наших западных партнёров на принятые Россией решения была, в общем-то, предсказуемой – от умеренно резкой до критичной. Что мы ждали, и что мы ждем от наших ближайших соседей, например от стран СНГ, в плане реакции? И насколько это для России важно, какое количество стран последует нашему примеру и признает Абхазию и Южную Осетию? Насколько от этого зависят наши дальнейшие шаги?

Д.МЕДВЕДЕВ: Все основные шаги, которые было необходимо России сделать, мы уже сделали. Как вы понимаете, это было непростое решение. Но это были необходимые и достаточные решения. Что же касается реакции других стран, то она действительно разная. Наверное, так и должно быть. Реакция наших ближайших соседей вполне объективная. Я встречался с большинством лидеров в рамках саммита ШОС: они понимают мотивы тех действий, которые были осуществлены Россией.

Признание – это отдельный вопрос. Хотел бы вам напомнить, что признание осуществляется каждым государством в индивидуальном порядке. Никаких коллективных действий здесь быть не может. Посмотрите на пример Косова. Совершенно понятно, что и в этой ситуации будут государства, которые согласятся с возникновением новых государств, и будут государства, которые будут считать их возникновение несвоевременным. Но я напомню, что международное право основывается на том, что новое государство, как принято говорить у юристов, правосубъектность нового государства, возникает в момент признания хотя бы одним другим государством.

Поэтому с правовой точки зрения, новые государства возникли. Процесс их признания может продолжаться достаточно длительный срок. Наша позиция от этого никак меняться не будет. Мы свое решение приняли. Приняли бесповоротно. Наш долг – обеспечить мир и спокойствие в регионе. Из этого мы и будем исходить.

А.КОНДРАШОВ («Россия»): А что дальше Россия собирается сделать в этих республиках? Как это будет все выглядеть?

Д.МЕДВЕДЕВ: Мы, естественно, будем всячески помогать этим республикам. В настоящий момент готовятся соглашения – уже международные соглашения – между двумя странами: Российской Федерацией и Абхазией, Российской Федерацией и Южной Осетией. В этих международных соглашениях будут зафиксированы все наши обязательства по оказанию поддержки и помощи: экономической, социальной, гуманитарной в широком смысле этого слова, наконец  военной. Это будут нормальные, полноценные международно-правовые отношения, союзнические отношения.

А.КОНДРАШОВ: Дмитрий Анатольевич, абсолютно всем сейчас понятно, что после 8 августа место России в мире серьёзно изменилось. Серьёзно и на глазах меняется вся система прежних договоренностей. Ряд международных институтов проявили свою абсолютную несостоятельность в разрешении этого конфликта. Между тем Россия и Запад всё-таки совершенно не готовы, как я понимаю, рвать отношения окончательно. Каково, на Ваш взгляд, будущее мира, миропорядка и место нашей страны в нем?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я буду при осуществлении внешней политики Российской Федерации основываться на пяти позициях.

Первая позиция: Россия признаёт первенство основополагающих принципов международного права, которые определяют отношения между цивилизованными народами. И в рамках этих принципов, этой концепции международного права, мы и будем развивать наши отношения с другими государствами.

Второе, мир должен быть многополярным. Однополярность – неприемлема. Доминирование – недопустимо. Мы не можем принять такое мироустройство, в котором все решения принимаются одной страной, даже такой серьезной и авторитетной, как Соединённые Штаты Америки. Такой мир неустойчив и грозит конфликтами.

Третье, Россия не хочет конфронтации ни с одной страной. Россия не собирается изолироваться. Мы будем развивать настолько, насколько это будет возможно, наши дружеские отношения и с Европой, и с Соединёнными Штатами Америки, и с другими странами мира.

Четвёртое, безусловным приоритетом является для нас защита жизни и достоинства наших граждан, где бы они ни находились. Из этого мы будем исходить при осуществлении своей внешней политики. Мы будем также защищать интересы нашего предпринимательского сообщества за границей. И всем должно быть понятно, что если кто-то будет совершать агрессивные вылазки, тот будет получать на это ответ.

И, наконец, пятое. У России, как и у других стран мира, есть регионы, в которых находятся привилегированные интересы. В этих регионах расположены страны, с которыми нас традиционно связывают дружеские, добросердечные отношения, исторически особенные отношения. Мы будем очень внимательно работать в этих регионах и развивать такие дружеские отношения с этими государствами, с нашими близкими соседями. Вот из этого я буду исходить при осуществлении нашей внешней политики.

Что же касается будущего, то оно зависит не только от нас – оно зависит и от наших друзей, от наших партнёров по международному сообществу. У них есть выбор.

А.ВЕРНИЦКИЙ: Дмитрий Анатольевич, приоритетные регионы – это приграничные территории России?

Д.МЕДВЕДЕВ: Это, конечно, приграничные регионы. Но не только.

К.ПОЗДНЯКОВ: Дмитрий Анатольевич, Вы упомянули о возможных ответных действиях России в случае, если кто-то проявит агрессию в её отношении. На Ваш взгляд, законодательной базы сейчас достаточно? Прописано ли это всё в законах?

Д.МЕДВЕДЕВ: Конечно.

К.ПОЗДНЯКОВ: Или нужен какой-то отдельный закон?

Д.МЕДВЕДЕВ: Всё давным-давно сделано. Международное сообщество одобрило Устав ООН, где прямо зафиксировано право государства на самооборону. У нас есть Конституция, у нас есть специальные российские законы, по которым принимаются решения об ответных мерах, в том числе и об использовании российских Вооружённых Сил. Нормативная база есть, она работает, ничего корректировать не надо.

А.ВЕРНИЦКИЙ: А что касается дипломатических и экономических санкций?

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, мы вообще не сторонники санкций – мы идём на это в самом крайнем случае. Ну, конечно, мы, как и другие государства, вынуждены иногда прибегать к ним. В ряде стран это делается специальными законами, но, если потребуется, мы тоже можем такие специальные законы принимать. Но я считаю, что это самый непродуктивный путь.